АГРАРНЫЙ КРИЗИС
АГРАРНЫЙ КРИЗИС. 1. Аграрные кризисы - капиталистические кризисы перепроизводства в сельском хозяйстве. В А. к. находит свою острую форму выражения весь сложный переплёт противоречий земледельческого капитализма, все те границы и препятствия, на к-рые наталкивается развитие с. х-ва при капитализме.
Кризисы неизбежны в условиях капитализма, ибо причина их заложена в самой системе капиталистического х-ва. "Основа кризиса лежит в противоречии между общественным характером производства и капиталистической формой присвоения результатов производства" (Сталин, Вопросы ленинизма, 10 изд., стр. 350).
Характерную особенность капиталистического перепроизводства составляет то, что "...капиталисты, не находя платежеспособного спроса ввиду ими же учиненного разорения массы населения, вынуждены сжигать продукты, уничтожать готовые товары, приостанавливать производство, разрушать производительные силы, когда миллионы населения вынуждены терпеть безработицу и голод не из-за того, что товаров не хватает, а из-за того, что товаров произведено слишком много" [История ВКП(б). Краткий курс, стр. 121]. Капиталистическое перепроизводство носит, так. обр., относительный характер. Оно не имеет никакого отношения к абсолютным потребностям населения, а всецело и исключительно связано с капиталистическим способом производства и его противоречиями, с теми границами, к-рые ставят развитию производительных сил капиталистические производственные отношения. "Нужно признать, что система хозяйства, не знающая, куда девать "излишки" своего производства, и вынужденная их сжигать в момент, когда в массах Царят нужда и безработица, голод и разорение, - такая система хозяйства сама произносит над собой смертный приговор" (Сталин, Вопросы ленинизма, 10 изд., стр. 399).
Кризисы общего перепроизводства, при существующей в условиях капитализма взаимосвязи различных отраслей, захватывая всю буржуазную экономику, поражают также и сельское хозяйство.
Проблема А. к. не м. б., однако, сведена только к простому действию общего периодического кризиса в с. х-ве, к резкому ухудшению положения с. х-ва во время кризисов общего перепроизводства. История капитализма знает существование таких последней четверти 19 в. и мировой А. к. после войны 1914 - 18, к-рые затягивались на десятилетия, сочетаясь е различными фазами капиталистического цикла.
А. к., имея общую основу с пром. кризисами и порождаемый тем же основным противоречием капитализма, что и пром. кризис, представляет вместе с тем особое, самостоятельное явление, существующее наряду с общими периодическими кризисами. Останавливаясь на А. к. последней четверти 19 в., Маркс писал: "Что касается сельскохозяйственного кризиса, то он будет постепенно усиливаться, развиваться и мало-по-малу достигнет своей вершины, неся с собою настоящую революцию в отношениях земельной собственности, совершенно независимо от циклов торгово-промышленных кризисов" (Маркс и Энгельс, Соч., т. XXVII, стр. 94). Длительные А. к. имеют, так. обр., своё специфическое содержание, обусловленное особенностями капиталистической эволюции сельского хозяйства.
2. Причины специфичности А. к. Подчиняясь тем же основным законам, что и пром-сть, с. х-во страдает не только от всех бедствий капиталистического развития, но и от задержки этого развития в с. х-ве, вызываемой противоречиями капиталистического способа производства в целом, частной собственностью на землю и остатками докапиталистических форм эксплоатации. Производительные силы встречают здесь в своём развитии препятствия и границы не только в капитале' и присущей ему цели - прибыли, но и в монополии частной собственности на землю и монополии хозяйства на землю, ставящими свои специфические помехи развитию производительных сил сельского хозяйства.
Монополия частной собственности на землю обусловливает то, что капиталистическое воспроизводство в с. х-ве включает необходимость уплаты зем. ренты. В результате капиталистического развития зем. рента растёт и закрепляется в ценах на землю, арендной плате, процентах по ипотечной задолженности (см. Земельная рента). А. к. обычно предшествует период сильного роста зем. рент, цен на землю и спекуляции землёй. При падении с.-х. цен во время А. к. зем. рента (в установленной договором арендной плате или в процентах по ипотечному кредиту) д. б. уплачена, хотя нормальный источник её уплаты (сверхприбыль) уже исчез.
Это приводит к тому, что в период А. к., как об этом свидетельствуют материалы англ. парламентских с.-х. комиссий, "чрезмерные ренты уплачивались за счёт капитала", что они "фактически поглощали всю прибыль, которую иначе фермеры могли бы получить, и даже лишали их возможности возместить затраченный капитал". В ходе кризиса, т. о., рента снижается и недостаточно и несвоевременно, что ведёт к нарушению всех условий воспроизводства в с. х-ве при новом уровне с.-х. цен.
Зем. рента затрудняет и затягивает выход из А. к. тем, что она медленно и недостаточно снижается при падении с.-х. цен. Замедляя вообще приток капитала в земледелие, зем. рента во время кризиса вызывает огромные потери капитала, затрудняя и замедляя тем самым процесс преобразования техники с. х-ва и снижение издержек его производства в соответствии с падением цен. Зем. рента вплетается, так. обр., в весь ход А. к., становится одним из важнейших факторов его усугубления и затягивания.
А. к. с особой силой поражает мелкие и средние крестьянские х-ва, к-рые вынуждены уплачивать вздуваемую капиталистическим развитием зем. ренту и цену земли. При этом двойной гнёт капиталистической и полукрепостнической эксплоатации приводит к тому, что мелкий крестьянин платит за аренду значительно выше, чем капиталистический арендатор, а также и при покупке земли он уплачивает более высокую цену: "...цена земли, этот элемент, чуждый производству самому по себе, может достигать здесь такой высоты, что производство становится невозможным" (Маркс, Капитал, т. III, 1938, стр. 715). Напр., покупная цена га земли в 1929 - 30 в Германии составляла в ср. в группах х-в от 2 до 5 га 3 300 марок, в группах от 20 до 50 га - 1 574 марки, а в группах х-в св. 500 га - только 1 015 марок. Во время А. к. растёт кабально высокая "продовольственная аренда", к-рая удерживает арендную плату и цену земли мелких зем. участков на повышенном уровне и ещё более мешает снижению зем. ренты и приспособлению с. х-ва к новым условиям стоимости и цен, требованиям рынка, что ведёт к затягиванию А. к. Наконец, разнообразные формы угнетения деревни крупным капиталом города (более низкие с.-х. цены по сравнению с промышленными, неблагоприятные условия с.-х. кредита, тарифов и фрахтов, тяжёлое налоговое бремя и т. п.) также затягивают А. к., затрудняют выход из него, ухудшая положение трудящихся масс деревни.
Кризисы перепроизводства в с. х-ве затягиваются также вследствие особенностей движения продукции с. х-ва, реагирующей на кризисное падение цен гораздо слабее и медленнее, чем пром. продукция. Мелкие производители, обременённые уплатой зем. ренты, долгами и налогами, не могут во время А. к. искать спасения в сокращении производства, т. к. это было бы равносильно их немедленной гибели. Они продолжают производить в убыток, несмотря на то, что цены не покрывают издержек производства и не обеспечивают мелкому производителю даже минимального уровня существования. На первых порах они даже пытаются компенсировать падение цен увеличением объёма производства. Поэтому, в то время как в пром-сти кризис, помимо резкого падения цен, выражается прежде всего в резком сокращении производства, в с. х-ве, при численном преобладании мелкого крестьянского х-ва, начальная стадия А. к., сопровождающаяся резким падением с.-х. цен, может сразу не вызывать сокращения объёма с.-х. производства. Только в результате длительного кризисного состояния с. х-ва, массовой экспроприации мелких фермеров и крестьян, производственной деградации их х-в наступает замедление темпов развития с.-х. производства (что ярко проявилось во время А. к. конца 19 в.) или прямое сокращение с.-х. производства, как при современном А. к. в основных экспортирующих странах. Так, напр., в 1932 общая уборочная площадь 40 культур в США составила 143,8 млн. га против 143,2 млн. га в 1929, т. е. даже возросла на 0,6 млн. га, и только в 1934 в результате деградации с. х-ва и спец. правительственных мероприятий произошло сокращение посевной площади до 115,3 млн. га (или на 19,5% по отношению к 1929). Длительная агония мелких земледельцев, продолжающих производить в убыток и обрекающих себя на неимоверные лишения и ухудшение всех условий своей жизни, отнюдь не является свидетельством особой "сопротивляемости" мелкого х-ва, а, напротив, служит показателем его нежизнеспособности и обречённости. "Нетрудно понять, что такая "устойчивость" хуже всякой неустойчивости" (Сталин, Вопросы ленинизма, стр. 280).
А. к. ввергает в бездну разорения, нищеты и глубокой деградации миллионы крестьянских х-в, резко усиливая процесс классовой диференциации деревни, процесс концентрации капитала в с. х-ве, падая своей главной тяжестью на плечи мелкого и среднего крестьянства. Так, напр., в 1930 ср. себестоимость пшеницы в США составляла 109 центов за бушель, тогда как ср. цена, получаемая фермерами, составляла 67 центов за бушель. Эта цена была убийственно разорительной для подавляющей массы с.-х. предприятий. Но в то же самое время крупные механизированные фермы Канзаса, вооружённые тракторами и комбайнами, производили в ср. бушель пшеницы за 42,5 цента, а с.-х. кооперация "Wheat farming Co" даже за 20 -26 центов, что обеспечивало им получение прибыли и при низких ценах.
Во время А. к. растёт разорение крестьянства, задолженность, налоговое бремя, увеличивается залог ферм, сокращается количество собственников-фермеров при одновременном росте числа арендаторов, увеличиваются банкротства и продажи ферм с молотка, растёт скрытая и явная безработица, снижается заработная плата с.-х. рабочих. А. к. "...производит крупную ломку установившихся отношений собственности..." (Ленин, Соч., т. II, стр. 471) как путём прямой экспроприации крестьянской собственности, так и путём превращения её всё больше и больше в простую фикцию. В огромном масштабе экспроприируемая крестьянская собственность переходит в руки крупных с.-х. корпораций, банков, буржуазного государства из-за неуплаты налогов и процентов по задолженности.
3. Природа длительных А. к. Данные истории А. к. позволяют сделать след. выводы об условиях возникновения и природе длительных А. к. Кризисы в с. х-ве приобретают длительный, специфический характер, если падение с.-х. цен является не простым следствием кризисной фазы капиталистического цикла, а обусловлено глубокими изменениями в производственных условиях с. х-ва. В этом случае происходит не кратковременное и циклическое падение цены ниже стоимости, сменяющееся новым подъёмом с.-х. цен вместе с общим оживлением хоз. жизни, а длительное падение самой рыночной стоимости как отражение новой ступени в развитии и размещении производительных сил с. х-ва. Вся ранее сложившаяся система отношений в с. х-ве терпит при этом крах, приходит в глубочайший конфликт с новым более низким ср. уровнем с.-х. цен, не оправдывающим на протяжении неск. циклов ср. уровня издержек, поскольку старые вздутые ренты, а также налоги и проценты по задолженности снижаются лишь очень медленно и недостаточно. С. х-во поэтому очень долго не может выйти из состояния кризиса не только из-за затяжки явлений перепроизводства в нём, но и потому, что оно очень медленно и с исключительной трудностью приспосабливается к новым стоимостным отношениям. Т. о., переход производительных сил в с. х-ве на новую ступень предполагает возможность и, в определённых исторических условиях, неизбежность особых длительных А. к., к-рые не м. б. сведены к одному лишь моменту перепроизводства. Длительный А. к. включает в своё специфическое содержание также конфликт между старыми рентными отношениями и новыми отношениями стоимости, связанный с длительным кризисом всей социально-экономической структуры с. х-ва, с разорением и экспроприацией целого поколения фермеров.
Длительные А. к. проходят различные этапы, отражая в своём развитии воздействие сменяющихся фаз капиталистического цикла: они резко обостряются во время циклических пром. кризисов и смягчаются, протекая в более скрытой и специфической для с. х-ва форме, во время пром. подъёмов. В свою очередь, длительные А. к. оказывают огромное влияние на весь ход капиталистического цикла, углубляя и затягивая пром. кризисы и депрессии, ослабляя и укорачивая фазу циклического подъёма. В своеобразном характере длительных А. к. заложена как возможность их совпадения и переплетения с пром. кризисами, так и возможность их несовпадения, возможность их сочетания с пром. оживлением и даже подъёмом.
Вульгарные буржуазные экономисты или стремятся объяснить кризисы "вечными законами природы", вплоть до влияния космических факторов, неравномерностью технического прогресса как такового и т. п., или провозглашают преодолимость кризисов при капитализме, объясняя их случайными диспропорциями, явлениями кредитно-денежного обращения и т. п. Аналогично объясняют буржуазные экономисты и А. к. Одни из них, ограничиваясь описанием отдельных внешних форм проявления и симптомов А. к. (падение с.-х. цен и понижение доходности с. х-ва, рост бремени налогов, задолженности, зем. ренты и т. п.), ссылаются на явления кредитно-денежного обращения. Другие пытаются свести причины А. к. к вечным естественным особенностям с. х-ва, к условиям развития техники и др. моментам, абстрагированным от общественного строя производства.
Если в объяснении А. к. конца 19 в. преобладали ссылки на пресловутый "закон убывающего плодородия почвы" (см. Аграрный вопрос), то бедствия длительного А. к., возникшего после мировой войны 1914 - 18, многие буржуазные апологеты стремятся изобразить как бедствия технического прогресса, как неизбежные "издержки" приспособления с. х-ва к новым условиям техники в связи с внедрением трактора, комбайна, автомобиля (Норс, Остроленк, Гумперц и др.). Они преднамеренно затушёвывают при этом главное, - что гниющий заживо капитализм в период общего кризиса капиталистической системы порождает хроническую безработицу, необычайно углубляет абсолютное обнищание рабочего класса, сокращая тем самым платёжеспособный спрос на с.-х. продукты; что капиталистические отношения ставят непреодолимые преграды для радикального технического преобразования всего с. х-ва, ограничивая процесс этого преобразования верхушкой капиталистических х-в; что длительный А. к. 20 - 30-х гг. 20 в. на этапе своего крайнего обострения при переплетении с пром. кризисом довёл с. х-во До прямой деградации. Длительные А. к. являются закономерным результатом капиталистического развития с. х-ва, неразрывно связанного с развитием всего мирового капиталистического производства и рынка. Они не могут быть поняты "...вне связи с общим развитием мирового капитализма..." (Ленин, Соч., т. II, стр. 378) и требуют раскрытия тех конкретных исторических причин, к-рые в одних исторических условиях породили длительный А. к. последней четверти 19 в., в других - мировой А. к. после мировой войны 1914-18.
4. Длительный А. в. последней четверти 19 в. Длительный А. к. конца 19 в. был связан с ростом приложения капитала в с. х-ве молодых заокеанских стран, что привело к сильному расширению производства хлеба и к относительному перепроизводству с.-х. продуктов. Конкуренция заокеанских стран, освоивших целинные земли, почти не обременённые зем. рентой, привела к резкому падению хлебных цен на мировом рынке. Сюда присоединилась конкуренция крестьян России и Индии, изнемогавших под податным бременем и вынужденных продавать свои продукты безотносительно к ценам их производства. Цены на хлеб катастрофически падали. Так, цены на пшеницу в Англии упали с 228 марок за 1 m в период 1871 - 80 до 142,3 марки в период 1886 - 90. В Чикаго цена 1 бушеля пшеницы № 2 в 1866 - 75 была равна 105 центам, в 1876 - 85 она упала до 92 центов, в 1886 - 95 - до 67 центов. В США низким ценам соответствовали и низкие издержки производства, почему рост посевных площадей во время кризиса продолжался и лишь в конце кризиса замедлился.
Иначе обстояло дело в Европе, где зем. цены и ренты были закреплены на высоком уровне. С конкуренцией заокеанских стран европ. с. х-во не могло справиться при старых уровнях рент. В аналогичном положении находились вост. штаты США, где зем. рента уже наложила свою печать на ход развития сельского хозяйства.
А. к. конца 19 в. поразил также обременённое крепостническими пережитками отсталое с. х-во России. По данным Министерства земледелия, цены на озимую пшеницу упали с 1 р. 09 к. за пуд в 1883 до 51 к. в 1894, на рожь с 98 к. в 1881 до 4i к. в 1894; в нек-рых сев. чернозёмных губерниях цена ржи доходила до 16 - 12 к. за пуд. Резкое падение хлебных цен обостряло до крайности тот глубокий кризис всей социально-экономической структуры с. х-ва России, к-рый заключался в противоречии между развивающимся капитализмом и средневековым землевладением.
Устранение пережитков крепостничества, мешавших преобразованию земледельческой техники, стало хоз. необходимостью, а "...падение цен на хлеб особенно обострило эту необходимость" (Ленин, Соч., т. III, стр. 169).
А. к., возникший одновременно с пром. кризисом 1873, неравномерно развиваясь, длился до середины 90-х гг., когда он был преодолён в результате длительного процесса перестройки с. х-ва и его приспособления к новым условиям. Капиталистическая интенсификация и рационализация с. х-ва, перенесение центра тяжести европ. с. х-ва на жив-во, при одновременном удешевлении средств производства, производимых пром-стью, вели к значительному снижению издержек производства в европ. земледелии. С огромным запозданием и значительно с меньшей интенсивностью шёл также процесс снижения зем. ренты в направлении её приспособления к новому уровню цен.
С др. стороны, рост спроса на с.-х. продукты, в результате быстрого роста пром-сти и городского населения, при отставании с. х-ва, обусловил ликвидацию явлений длительного относительного перепроизводства, а исчерпание запаса свободных безрентных земель в США вело к ликвидации их прежних преимуществ по линии зем. ренты. Время необычного образования с.-х. цен, когда цену земледельческих продуктов регулировали относительно лучшие америк. земли, миновало, и с середины 90-х гг. начинается поворот в движении с.-х. цен в сторону их повышения. Т. о., основной механизм капиталистического преодоления А. к. тот же, что и в пром-сти, но только действие его осложняется и замедляется трудностью приспособления исторически отсталого и обременённого зем. рентой с. х-ва к новым отношениям стоимости и цен, складывающимся в ходе капиталистической эволюции сельского хозяйства.
5. А. к. после мировой войны 1914-18. Непосредственно после мировой войны 1914-18 весной 1920 возник новый длительный А. к., особенности к-рого, по сравнению с А. к. последней четверти 19 в., определяются тем, что он развернулся в эпоху империализма на базе общего кризиса капитализма. Отсюда его исключительная всеобщность, глубина, острота и разрушительная сила действия.
В первой фазе своего развития этот кризис с особой силой поразил с. х-во заокеанских стран (США, Канада, Аргентина, Австралия), возросшая с.-х. продукция к-рых пришла в столкновение с крайне суженной, в условиях послевоенного обнищания масс, ёмкостью рынка. На фоне общего упадка производительных сил мирового с. х-ва и сокращения с.-х. продукции Европы, истощённой войной, разразился острый кризис перепроизводства с.-х. продуктов. В этом кризисе с особой резкостью была продемонстрирована вся относительность капиталистического перепроизводства. Индекс с.-х. цен в США за период с мая 1920 по июнь 1921 упал с 235 до ПО (1909-14 за 100), т. е. более чем в 2 раза. Более резкое падение с.-х. цен сравнительно с пром. ценами является характерным для всего послевоенного развития с. х-ва, характеризующегося растущим подчинением его монополистическому капиталу города.
Бремя вздутых рент и возросшей зем. задолженности стало совершенно непосильным при новом уровне цен и в первую очередь для маломощных х-в, купивших землю по высоким ценам во время предшествовавшего А. к. периода зем. спекуляции. Так, индекс зем. цен в США возрос к 1920 до 170 по отношению к довоенному уровню, а ипотечная задолженность, составлявшая в 1910 по США 3,3 млрд. долл., возросла до 7,9 млрд. долл. в 1920 и до 9,5 млрд. долл. в 1928. Сюда присоединяются далее: гнёт возросших налогов, к-рые, напр., в США после войны 1914 - 18 были в 21/2 раза выше довоенного уровня, в Германии - в 3,7 раза, в Италии - в 3 раза, в Венгрии - в 21/2 раза; гнёт монопольных ж.-д. тарифов, к-рые, напр., в США в 1927 были выше довоенных по пшенице на 50%, по хлопку - на 66%, по кр. рог. ск. - на 57%; усиление ограбления широких масс фермерства и крестьянства всей сетью торгово-посреднических организаций, элеваторов и холодильников, предприятий по переработке с.-х. продуктов, проводивших политику монопольно низких цен на с.-х. сырьё.
Аграрный кризис, после своего переплетения с наступившим в 1929 промышленным кризисом, приобретает ряд новых, своеобразных черт. С этого времени А. к. принимает исключительно острый, всеобщий и мировой характер, охватывая все капиталистические страны, от самых аграрных и до самых индустриальных, и все отрасли с. х-ва, включая все виды жив-ва. В этом всеобщем и мировом характере современного А. к. одно из его отличий от длительного А. к. конца 19 в., к-рый был кризисом преимущественно европ. зернового хозяйства.
Совпадение и переплетение А. к. с промышленным усиливают и обостряют А. к., затягивают пром. кризис и углубляют экономический кризис в его целом.
В результате пром. кризиса резко упало потребление с.-х. сырья, напр., потребление хлопка (от высшей точки перед кризисом 1929 к низшей точке): в Англии - на 27,5%, в США - на 31%, в Германии - на 21,4%.
В результате колоссального роста безработицы, падения заработной платы и общего обнищания масс сократилось потребление пищевых с.-х. продуктов. Всё это вело к росту нереализуемых запасов, к-рые составили на 1/IV 1933 (в % к запасам на 1/IV 1929): по хлопку 388, по каучуку 264, по сахару 144, по кофе 175. Мировые запасы пшеницы (на конец июля) также выросли в 1933 по отношению к средней 1925-29 на 58%, а запасы пшеницы четырёх главных экспортёров (США, Канада, Австралия и Аргентина) на 129%. Острота А. к. проявила себя в катастрофическом падении с.-х. цен. След. таблица показывает падение цен по США.
Индекс с.-х. цен (1909-14 за 100)1
1 (Agricultural statistics 1938, Crops and Markets, № 10, 1943)
Все без исключения с.-х. товары были вовлечены в стремительный поток падения цен. Особенно резко упали цены на колониальные продукты; цены снизились к декабрю 1932 по отношению к декабрю 1928 (в %): по каучуку на 82,1, по цейлонскому чаю на 68,7, по джуту на 71,8, по тростниковому сахару на 66,2, по шёлку-сырцу на 72, т. е. упали в 4 - 5 раз.
Исключительная острота и глубина А. к. проявились в огромном подрыве и разрушении производительных сил с. х-ва, какого не знала история прошлых А. к. На XVII партсъезде товарищ Сталин дал следующую исчерпывающую характеристику этого этапа крайнего обострения А. к.: "...аграрный кризис усилился за это время и охватил все отрасли сельского хозяйства, в том числе животноводство, доведя его до деградации, до перехода от машин к ручному труду, до замены трактора лошадью, до резкого сокращения, а иногда и полного отказа от применения искусственных удобрений..." (Вопросы ленинизма, стр. 424 - 25).
О производственной деградации с. х-ва в этот период очень ярко говорят след. данные: сбыт с.-х. машин в США упал с 458 млн. долл. в 1929 до 65 млн. долл. в 1932; индекс заказов на с.-х. машины в Германии в 1933 составил 25,8% уровня 1929; сбыт тракторов в Канаде упал с 17 143 в 1928 до 777 в 1933, молотилок - с 6 245 до 282 и комбайнов с 3 657 до 77. Затраты на. капитальное оборудование в годы наибольшей глубины А. к. далеко не покрывали износа. Департамент земледелия США в своём отчёте о фермерских доходах и расходах за 1932 писал, что "...фермеры проедают своё капитальное оборудование" (Crops and Markets, 1933, № 4, стр. 145). Это продолжалось также в 1933 и 1934. Так, фермеры затратили на капитальное оборудование в 1933 по всему с. х-ву США 323 млн. долл., в 1934 - 495 млн. долл., тогда как размер снашивания составляет для 1933 - 762 млн. долл., для 1934 - 789 млн. долл. Потребление суперфосфата в 1932 по отношению к уровню 1929 составляло (в %): в США 49,6, во Франции 70, в Италии 66, в Германии 90, а по калию, соответственно, в США 42, во Франции 83,2, в Италии 59,2, в Германии 72,8. В результате технического и, в частности, агрономического регресса на протяжении ряда лет (ухудшение качества всех с.-х. работ) последовало падение урожайности в странах зернового экспорта. Так, напр., в США урожайность яровой пшеницы по отношению к многолетней ср. за 1921-30 составляла (в %): в 1932-96,1, в 1933 - 78,7, в 1934 - 65,7, в 1935 - 62,5.
Произошло также падение уд. в. интенсивных технических культур и общее понижение товарности с. х-ва. Так, напр., в США уборочная площадь сократилась в 1934 по сравнению со ср. 1927 - 31 (в %): по пшенице на 21,2, по хлопку на 33,6, по табаку на 29,1, по льну на 61, в то время как по кукурузе она сократилась только на 8, по продовольственным бобовым на 1,5, а площадь картофеля даже увеличилась на 5,6%. Деградация с. х-ва в капиталистических странах захватила и жив-во, к-рое в 1-й период А. к. ещё продолжало расти вследствие исключительной дешевизны кормов. Вместе с резким падением цен на животноводческие продукты началось сокращение поголовья скота, ускоренное засухой. Упадок жив-ва в этот период выразился также в снижении продуктивности скота (падение удоев, понижение качества молодняка, ухудшение качества мяса и т. п.). Ещё резче деградация с. х-ва проявилась в колониях и полуколониях, а также в отсталых странах, с сильным гнётом феодальных пережитков.
Продолжавшийся в этот период на отдельных участках технический прогресс, ограниченный узкими рамками наиболее крупных капиталистических х-в, не изменял общей картины деградации с. х-ва, находившей своё отражение в итоговых показателях по всему с. х-ву в целом.
Характерное для эпохи общего кризиса капиталистической системы усиление загнивания капитализма нашло своё выражение в целом ряде мероприятий, направленных на массовое уничтожение с.-х. продуктов и частичное разрушение производительных сил в целях приспособления с. х-ва к узким границам рынка. В Бразилии, напр., в течение неск. лет кризиса к осени 1934 было сожжено и потоплено в море 27 млн. мешков кофе, в Дании к 1/Х 1933 было уничтожено 117 тыс. гол. кр. рог. ск., к-рый частично, был переработан на удобрение; в Австралии, Аргентине, Чили были уничтожены сотни тыс. гол. овец; сотни тыс. m зерна в различных странах были сожжены в качестве топлива. Выкорчёвывание каучуконосных деревьев, финансированное спец. ассигнованием голландского правительства, сжигание кофейных деревьев, уничтожение персиковых насаждений, чайных плантаций - это факты чудовищного разрушения производительных сил с. х-ва, имевшие место в капиталистических странах на этапе крайнего обострения аграрного кризиса.
Уничтожение огромной массы товаров и части уже созданных производительных сил на фоне роста безработицы и прямого голодания трудящихся масс в обнажённой и катастрофичной форме вскрывает всю несовместимость общественного производства с капиталистической формой присвоения.
В широком масштабе политика ограничения производства с.-х. продуктов была применена в США, где правительством был создан разветвлённый аппарат для организации и финансирования путём спец. денежных премий недосева пшеницы и др. культур в целях повышения с.-х. цен до уровня их довоенного соотношения с пром. ценами. В 1933 по спец. контрактам с правительством были уничтожены путём перепашки 10,4 млн. акров уже засеянного хлопка (1/4 всей посевной площади), сокращены посевные площади пшеницы и др. культур, закуплены и уничтожены 6 млн. свиней. За период 1933 - 40 правительство США на субсидирование с. х-ва затратило ок. 7 млрд. долл. Подавляющая часть этих затрат была направлена на ограничение с.-х. производства в целях поднятия с.-х. цен.
В то время как в США выдавались премии за каждый незасеянный га пшеницы, хлопка, кукурузы, устанавливались штрафы за превышение лимитов производства продукции, в импортирующей Европе проводилась политика поощрения отечественного с.-х. производства в целях обеспечения собственной продовольственной и сырьевой базы для потребностей войны, подготовлявшейся немецко-фашистским разбойничьим империализмом. Преобладающими мероприятиями в этих странах был рост аграрного сверхпротекционизма (с.-х. пошлины, субсидии, импортные ограничения и прямой запрет ввоза ряда с.-х. продуктов, введение системы твёрдых гарантированных цен и т. п.).
Аграрный сверхпротекционизм с его высокими запретительными пошлинами привёл к колоссальному разрыву цен на мировом рынке. В 1933 по отношению к цене импортируемой пшеницы в Англии цена пшеницы в Германии (Берлин) составляла 250%, в Италии (Милан) - 269%, во Франции (Париж) - 243%.
Национализм в экономической политике получил своё крайнее и самое агрессивное выражение в лозунгах "автаркии" и "пушки вместо масла", выдвинутых немецкими фашистами, иезуитски использовавшими вековечную тягу крестьянства к земле. Разжигая националистические предрассудки своею проповедью звериной расовой теории, немецко-фашистские империалисты в своей демагогической пропаганде стремились внушить массе крестьянства, разорённой длительным А. к., что Германия нуждается в территории, в "жизненном пространстве", что эту территорию надо добыть силой у других народов, объявленных "низшими расами", что прежде всего надо отобрать землю у славянского крестьянства. Данные о распределении земли в Германии разоблачают фашистский обман, раскрывая истинный источник зем. нужды значительной части немецкого крестьянства. По переписи 1939, в Германии приблизительно 1% х-в с площадью выше 100 га на х-во владели более 1/3 всей зем. площади страны и притом лучшей землёй. В ср. у 1 помещика было столько же земли, сколько у 250 мелких крестьян.
Потоками крови заплатило немецкое крестьянство, поддавшееся фашистскому обману и совращенное посулами лёгкой наживы на чужой земле. Подготовив и развязав преступную разбойничью войну, немецко-фашистские империалисты создали военно-каторжный резким террора и голода, установили самые крайние формы военно-политического регулирования с. х-ва, подчинив каждый шаг крестьянина потребностям грабительской войны, запретив ему распоряжаться своей продукцией и продавать на рынке продукты своего х-ва, создав небывалое в истории закабаление трудящегося крестьянства трестами, банками и фашистским гос. аппаратом.
Подчинив все ресурсы страны целям агрессии, гитлеровская Германия сократила до минимума ввоз самых необходимых предметов питания, с целью увеличения импорта различных видов военно-стратегического сырья. Так, напр., импорт пшеницы и пшеничной муки в Германию составлял за период 1926 - 30 в ср. 19,3 млн. квинталов, а в период 1933 - 36 только 0,7 млн. квинталов, т. е. упал в 27 раз. Только с 1937 возрастает импорт пшеницы в Германию с целью увеличения продовольственных запасов для готовившейся немецкими фашистами разбойничьей войны. Немецко-фашистская агрессивная политика войны и голода, резко сокращая у народных масс потребление основных продуктов питания, являлась фактором обострения мирового А. к. Растущий развал международных хоз. связей нашёл своё выражение в сокращении мирового оборота с.-х. продуктов и в значительных географических сдвигах в мировом с.-х. производстве. Так, в 1934, при сокращении мировой посевной площади пшеницы по сравнению со ср. 1928 - 32 на 6,2%, экспортирующие заокеанские страны сократили площадь пшеницы на 19,6%, в т. ч. США на 29,5%, в то время как Европа (без СССР) за этот же срок увеличила свою посевную площадь пшеницы на 5,7%. Экономический кризис, начавшийся в капиталистических странах во 2-й половине 1929, продолжался до конца 1933. После этого кризис перешёл в де